Как получить прибыль в теплоснабжении?

 

Максим Блохин
Управляющий партнер, арбитражный управляющий

Договор управления (о передаче полномочий единоличного исполнительного органа компании) является одним из распространенных инструментов для фиксации и изъятия нормативной прибыли в энергетике и ЖКХ. Однако использование такого инструмента создает налоговые риски – фискалы могут не принять расходы по договору управления в целях снижения налоговой базы, а в некоторых кейсах с долгами за газ – уголовно-правовые риски (ст. 201 УК РФ), если выплаты по договору управления были совершены в ущерб интересам ПАО Газпром, как основного кредитора любой теплоснабжающей организации.

Понимая, что в ЖКХ политические цели превалируют над экономической логикой, мы предложили бы идти следующим путем. Контролировать ресурсоснабжающую организацию по теплу напрямую, а управляющие организации и их подрядчиков по эксплуатации и текущему ремонту многоквартирных домов - завуалированно. В предлагаемой модели управляющая организация является исполнителем коммунальных услуг и собирает на свой счет в том числе и платежи за тепло и горячее водоснабжение. Часть плановой прибыли теплоснабжающей компании остаётся в балансе управляющей организации и тратится на оплату высокомаржинальных услуг скрытно контролируемых подрядчиков.

Затем, прибыль, очищенная от налогов по упрощенной система налогообложения (6%), переводится в криптовалюты с целью защиты от возможного изъятия.

Судебные решения, когда криптовалюты признали имуществом, уже есть - должник обязан передать свои биткоины в конкурсную массу. Но самого механизма изъятия не существует, технически его реализовать очень сложно: криптовалютные кошельки анонимные, и перевод может осуществляться без использования третьих лиц, банков и других посредников. Поэтому запрет на переводы между кошельками не исполним.

Безусловно, предлагаемое решение может показаться агрессивным. Естественно, оно не сочетается с МСФО, IPO и всякой транспарентностью. Но в условиях сокращения «кормовой базы» и перманентной «кассовой борьбы» безопаснее быть незаметным как для российских следствия и суда, так и для FATF.


Поделиться: