Путь кризис-менеджера

Говорят, что бывших оперов не бывает. Отчасти это так. Свое служебное удостоверение я давно сдал в отдел кадров (о чем никогда не жалел), но некоторая часть моего характера навсегда осталась силовой, а не гражданской. Оперативно-розыскная деятельность, по сути, - тот же кризис-менеджмент, только цели разные, рассматриваемые «органами» кейсы более драматичны, а средства и методы – специфичны.

Моя первая встреча с арбитражным управляющим состоялась в 1998 году. В то время я работал оперуполномоченным «убойного» отдела уголовного розыска. Однажды в номере гостиницы был обнаружен труп мужчины, который полулежал на кровати абсолютно без головы. Все то, что когда-то являлось головой, было разбрызгано по потолку вперемешку с частями подушки. Осмотр места происшествия показал, что под подушкой на кровати произошел взрыв ручной гранаты РГД-1, вследствие которого постоялец гостиницы погиб. Как выяснилось позднее, погибший был арбитражным управляющим и банкротил одно из крупных промышленных предприятий региона.

С высоты своих сегодняшних знаний для меня совершенно очевидно, что никто из следственно-оперативной группы, работавшей по делу, понятия не имел ,как именно нужно проверять версию о связи убийства с профессиональной деятельностью погибшего. Слово банкротство для меня тогдашнего не было наполнено никакими глубокими смыслами. Так я узнал о существовании такой рисковой профессии – арбитражный управляющий.

Спустя 20 лет я буду работать арбитражным управляющим. Однажды мне придется идти вразрез с коммерческими интересами весьма влиятельной в Подмосковье Раменской ОПГ. Памятуя тот давний случай в гостинице, я буду передвигаться с вооруженной охраной, последовательно достигая намеченные цели.

В начале «нулевых» я работал в оперативной службе налоговой полиции. Основной задачей налоговой полиции было наполнение государственного бюджета деньгами посредством оперативно-розыскного и уголовно-процессуального давления на топ-менеджеров по принципу «оплати налоговые претензии и уголовного дела не будет».Борьба с криминальными банкротствами также относились к компетенции налоговой полиции. По этой причине арбитражные управляющие входили в круг лиц, представляющих оперативный интерес, они становились объектами оперативных разработок, в ходе которых мне открывалась закулисная, скрытая от посторонних глаз сторона банкротств.

В органах внутренних дел и в налоговой полиции я занимался агентурно-оперативной работой с различным контингентом: профессиональные уголовники, предприниматели, менеджеры, бухгалтеры. Эта работа требует гибкости, хорошей спонтанной реакции, внимания к сиюминутным потребностям людей, а иногда - нарушения правил и инструкций. Что представляет собой агентурно-оперативная работа на языке экономической теории? Это теория игр, работа с разными людьми, путем установления доверия и влияния на них, для достижения собственных целей.

Кроме бесценного жизненного опыта из «спецслужбистской» части своей биографии я вынес следующие «Пять правил Максима Блохина»:

  1. Не верь. Потому, что жизнь — это конкурентная борьба за ограниченные ресурсы (деньги, женщин, власть). Еще в древности Сунь Цзы сформулировал так: «Война — это путь обмана. Даже если ты способен, показывай противнику свою неспособность. Когда цель близко, показывай, будто она далеко; когда же она действительно далеко, создавай впечатление, что она близко». В моем понимании, не нужно верить догмам, чужим оценкам, а все действительно важное подвергать скептическому анализу. Кто бы ни утверждал, что «жираф большой» - если характеристики жирафа важны для принятия управленческого решения, следует самому лично приблизиться к «жирафу», внимательно его изучить и сделать свои выводы.


  2. Умей быть честным сам с собой. Так и только так обеспечивается адекватный контакт с реальностью. Важно правильно оценивать свои и системные возможности, способности и ограничения. Избегай платоновского идеализма, в котором всякая идея непременно должна трансформироваться в реальность.


  3. Не бойся. Ибо если ты боишься, то тобой управляет страх. Ты из субъекта управленческой деятельности превращаешься в объект для манипуляций. Управленческие решения, принятые под воздействием страха, часто ошибочны и не учитывают твоих истинных интересов. В бою колебаний быть не должно. То - чем пугают, в реальности, как правило, не реализуется.


  4. Защищай важное: себя, близких, активы, информацию. Хороший инструмент для защиты - изощренный и гибкий ум. Держи рот закрытым, а уши – широко открытыми. Помни, что всякая бюрократическая структура предпочитает работать не в темном лесу, а там, где светло, и ловить не тех, кто опасен, а тех, кто не сопротивляется.


  5. Не проси. Хочешь чего-то добиться - предлагай и отстаивай. В роли просящего ты теряешь свою управленческую субъектность, ставишь себя в зависимое положение, а это не самая лучшая позиция для конкурентной борьбы.


Из «органов» я уволился в 2002 году и начал работать адвокатом, занимался налогами, таможней и корпоративкой. В поисках себя я понял, что менеджмент более подходит моей натуре.

Во второй половине «нулевых» я управлял казино. Тогда государство решило уничтожить игорный бизнес, конечно, нисколько не «парясь» о возвратности инвестиций. Казино задолжало бюджету, и я стал автором сценария и режиссером его банкротства. Передо мной стояла задача ликвидировать риски уголовной и субсидиарной ответственности, списать все долги и спасти ликвидные активы.

В той истории я не был внешним консультантом, я был лицом, контролирующим должника. Я не давал никому советов «как делать». Я положил «шкуру на кон» и делал, лично отвечая за результат перед реальными владельцами казино. Кстати, фильм Мартина Скорсезе «Казино» весьма похож на реальность.

Мой план сработал, и с тех пор антикризисное управление стало моей профессией.


В дальнейшем банкротить и ликвидировать предприятия приходилось много и часто. Для этих целей мной в 2008 году была создана управляющая компания «Блохин & партнёры», по сути, выполняющая функции корпоративного арбитражного управляющего. Это означает, что процедуры банкротства проводятся посредством разделения труда: есть специалисты «с ногами», есть «с головой», и каждый выполняет свою часть работы.

Я предпочитаю работать с активными, предприимчивыми и рисковыми людьми. Требовательными к себе и окружающим. Есть единственное качество в сотруднике, которое я абсолютно не приемлю, – равнодушие.

Последние пять лет моя профессиональная деятельность сфокусирована на управлении компаниями из отраслей ЖКХ - от теплоснабжения до управления многоквартирными домами. Весь бизнес в ЖКХ имеет существенные риски банкротства и находится в зоне неопределенности. Внешняя среда этого бизнеса некомфортна, политические факторы доминируют над экономической логикой. Право частной собственности, стремление предпринимателя к извлечению прибыли не стали безусловными мировоззренческими нормами для большинства населения. В этом бизнесе процветает недобросовестная конкуренция. Одна из ключевых задач, стоящих передо мной, состоит в управлении такими рисками.

Нынешний период своей деятельности я оцениваю как бизнес-школу по спартанскому принципу: единственное мерило успеха заключается в том, «выплывешь» ты или нет, опираясь только на свои силы. Опыт управленческой борьбы я получил не в аудиториях и штабах, а в жестких полевых условиях. Могу с уверенностью сказать, что получаю кайф от того, чем сейчас занимаюсь. Моя профессия – есть форма моего существования. Я не жду успеха, я на него работаю.

Максим Блохин


Поделиться: